Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Контакты| Карта сайта

Зачем нам чужие ошибки?

В мае 2009 года Россия ратифицировала Европейскую социальную хартию как выполнение одного из обязательств, взятых нашим государством при вступлении в Совет Европы в 1996 году. В статье 17 этого документа сказано, что социальные, правовые и экономические интересы детей необходимо защищать, для чего следует создавать специальные службы. В Госдуме уже несколько лет муссируют закон о ювенальной юстиции. Пока он отклонен, но дорабатывается, и это значит, что, возможно, он будет принят. Хотя давно доказано: западный опыт на российской земле приживается плохо.

В самом термине «ювенальная юстиция», собственно, нет ничего плохого – разве что его иностранное происхождение. Строго говоря, это система защиты прав и законных интересов несовершеннолетних. Омск не вошел в число пилотных регионов, где внедряются в практику ювенальные технологии, но наша организация очень подробно изучила опыт соседнего Новосибирска. Ведь мы – матери, и законопроект касается нас и наших детей в первую очередь.

Сталина Султанова, создатель экспериментального проекта ювенальной юстиции в Новосибирске, исполнительный директор Союза юристов Новосибирской области, объясняет, что ювенальная юстиция ставит цель не посадить, а по возможности освободить подростка от уголовного наказания, назначить ему реабилитационные программы, которые соблюдались бы под руководством суда. И хотя эксперимент в Новосибирске уже закончился, сотрудники двух судов уже на собственном энтузиазме продолжают применять ювенальные технологии. Очень заманчива идея – увидеть в ребенке не преступника, а несовершеннолетнего, который под влиянием жизненных катаклизмов встал не на тот путь. Понятно ведь, что дети не рождаются нарушителями законов, им в этом «помогают» взрослые. И вот тут возникают первые опасения: ненаказуемость детей могут использовать взрослые преступники. Это вполне реальная угроза, учитывая, что, по сведениям МВД РФ, число беспризорников России сейчас составляет 2,17 процента от общего числа детей, то есть два ребенка из ста – бездомные. Причем в большинстве своем это дети, не родившиеся на улице, а ушедшие туда. Семья больше не в состоянии обеспечить ребенка самым необходимым. Денег катастрофически не хватает, даже если родители отнюдь не тунеядцы. Безденежье порождает тяжелый психологический климат в семье. А дети не хотят, не могут, не умеют терпеть – и бегут из дома за другой жизнью, кажущейся вольной. Их есть кому пригретьпрошлогодняя амнистия, по данным областной комиссии по делам несовершеннолетних, освободила 14 тысяч человек, потенциально опасных для наших детей.

Казалось бы, логичное решение проблемы – помочь семье. Десять лет назад, когда родилась моя дочь, я не стала оформлять пособие – предпочла мыть пол в подъезде, чем тратить время на сбор справок ради полутора сотен рублей. А детское питание – у меня не было молока – обходилось в 3000 рублей за месяц. Сейчас пособие стало больше – аж 222 рубля! Правда, для получения их необходимо, чтобы уровень доходов на члена семьи не превышал 5 500 рублей. Имеет ли право государство, настолько не уважающее (или ровно на столько уважающее?) матерей, наказывать родителей за «ненадлежащее воспитание», как предполагает законопроект о ювенальной юстиции? Причем понятие «ненадлежащее воспитание» прописано настолько расплывчато, что это позволит отбирать ребенка у родителей без решения суда, даже в том случае, если они не обеспечивают ему соответствующего материального уровня жизни. Олигархи, что ли, будут размножаться? Причем принимающей семье предполагается платить! Почему просто нельзя помочь малоимущим родителям? Выплаты опекунам, которые введены сейчас, и без того вызывают нездоровый ажиотаж среди сельчан. Пособие на опекаемого ребенка: от 4600 до 5600 в зависимости от его возраста – это живые деньги, которых в деревнях не видят, – большинство сельских хозяйств развалено. Вот и случаются такие страшные истории, как с приемной семьей Бузулиных из Русской Поляны. Пятерых девочек забрали у мамы – непьющей, но бедной, а главное – не умеющей ни экономить, ни просить, ни воспитывать детей. Отдали в показательную семью, которую и не контролировали-то особо, хотя жаловались сельчане: не на детей там тратят пособия. И пока родная мать прошла все инстанции в надежде вернуть девочек, их били, морили голодом, заставляли надрываться на хозяйстве за миску похлебки… Если бы глава семьи не попытался покончить с собой и девочек не увезли бы в городской приют, вся эта история не вскрылась бы. Наверное, нет худа без добра – мать, долго и безуспешно боровшаяся за своих детей, наконец-то их вернула в семью. Увы, не всех. Младшая, пятилетняя, не выдержала – от постоянных стрессов остановилось сердце. Старшая, семнадцатилетняя, не смогла простить обиды, уехала в город – как будто учиться, на самом деле – жить.

По официальным данным, в России ежегодно отменяется свыше восьми тысяч усыновлений и решений о передаче под опеку детей-сирот в замещающую семью. Вдумайтесь – ведь это восемь тысяч дважды преданных детей с искалеченными судьбами! Во Франции, где ювенальная юстиция существует полвека, у родителей отобраны два миллиона детей, причем, как уверяют специалисты, каждый второй – по надуманным предлогам, из служебного рвения. В Германии только в прошлом году из семей изъяли 70 тысяч мальчиков и девочек, и около половины – по причине «ненадлежащего материального положения семьи». Что же будет с Родиной и с нами? Тупого рвения и у нас достаточно, но еще больше будет желающих погреть руки. За ребенка любящие родители отдадут последнее. Причем, ударит в таком случае закон именно по любящим родителям – с пьяниц и пофигистов что взять?

Вот в Большереченском районе Омской области пошли другим путем: изучив мнения родителей, поняли, что главная проблема – неграмотность родителей в вопросах воспитания. Учебные заведения взяли на себя миссию объединения семей, создав школы для родителей, где мамы и папы учатся не только у специалистов, но и друг у друга. Кроме этого, поняли, как сделать отцов и детей ближе, организовав совместные детско-взрослые кружки, секции. В деревне Новологиновка, педагоги которой придумали и развили эту программу, за пять лет перевоспитались трудные не только подростки, но и родители, которым спокойно жить уже не дают соседи. Пьянствовать, не заниматься собственными детьми стало стыдно. И ни одного ребенка не пришлось за это время изымать из семьи.

Зачем же нам чужой опыт, если у нас есть свой? Причем такая система, как в Новологиновке, вполне традиционна для России – мы просто ее забыли, как раз под влиянием западных веяний. Разрушили систему школьного трудового воспитания, теперь то же сделаем в семье? Ведь, по меркам ювенальной юстиции, родители не должны принуждать ребенка к труду – вплоть до того, что «ненадлежащим воспитанием» могут счесть команду мамы вынести мусорное ведро или заправить кровать. А в российских деревнях девочки в 8-9 лет – уже хозяйки дома, вынужденные и с младшими нянчиться, и за скотиной убирать. Если не будет смены родителям, деревня просто вымрет. Впрочем, о преемственности поколений речь вообще не идет – ювеналы выводят отношения отцов и детей на совершенно неожиданный уровень. Маленьким и большим теперь придется решать свои семейные проблемы… в суде. Ведь ювенальное право в том числе предполагает создание системы судов, где ребенок может выступать не только в качестве ответчика и третьего лица, но и как истец. В первый же год эксперимента, 2009-й, в Новосибирске детьми подано 212 заявлений на взрослых, в том числе на собственных родителей. Из них в 28-ми сообщается о «фактах жестокого обращения», причем известны случаи, когда дети подавали заявления в отместку родителям, за то, к примеру, что они наказали их за плохую учебу; за то, что увидели на улице с сигаретой; за то, что ребенок пришел со школьной вечеринки домой пьяный.

– Психика подростков эмоционально неустойчива, они болезненно реагируют на замечания, с их точки зрения, родители всегда предъявляют к ним завышенные требования, тогда как претензии самих детей к папам и мамам по большей части не обоснованы, – считает Инна Дмитриева, кандидат психологических наук. – Поэтому вполне вероятно, что с помощью норм ювенального права подростки начнут манипулировать взрослыми. Тем более что им объяснят, как это можно сделать.

У нас с дочерью доверительные отношения – пока, во всяком случае. Но я не поручусь, что она не захочет меня припугнуть, – слишком велик соблазн. Тем более что школьные омбудсмены, которые должны будут появиться вместе с ювенальной юстицией, будут настойчиво разъяснять детям их права. Странно, не находите – школьных психологов, помогающих разрешить конфликты, практически устранили, зато насаждают провокаторов?

Да, в России серьезные проблемы. Российские родители только недавно перестали считать детей обузой. Теперь сыновей и дочерей воспринимают как собственность, не понимая их ценности. Российские родители привыкли думать, что никто, кроме них, не вправе распоряжаться судьбой их детей. Ежегодно в стране из-за насилия в семье погибает 30 тысяч детей, около 60 тысяч убегают из дома, спасаясь от побоев. В прошлом году 2,5 тысячи детей погибло от рук педофилов, большинство из которых – родители и их друзья-сожители. Если бы ювенальная юстиция ударила по ним, я не была бы против. Но, по данным опроса фонда «Общественное мнение», 30 процентов российских мам и пап сами биты, и «ничего, выросли хорошими людьми», поэтому считают такой метод воспитания вполне приемлемым, а 78 процентов не считают, но опыт такой имели. И это логично: чем больше унижен родитель, тем сильнее он издевается над ребенком – хоть какая-то власть, хоть на миг.

И что же, у 78 процентов россиян отобрать детей? В России, как говорит Павел Астахов, уполномоченный по правам ребенка при президенте, 19 организаций, которые занимаются детьми, но «дитя» при этом «без глазу». Что мешает наладить их деятельность, внедряя элементы тех же новых технологий? И где гарантия, что новые структуры, которых требует проект ювенальной юстиции, не будут работать так же, как старые? Мне кажется, начинать надо с другого. Прежде чем воспитывать детей, надо воспитать взрослых, неустанно объясняя и показывая, насколько ценна каждая личность – большая или маленькая. Правда, для этого государству придется научиться уважать собственный народ. Сумеет ли?

 

Елена КИСЕЛЕВА, педагог дополнительного образования, руководитель общественной организации «Омск-мама»

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru