Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал
Контакты | Карта сайта

Конкурс "Наследника"

Три храма


Посвящается Ю.Б.

 

Утро

 

- Ты когда с мамой последний раз разговаривал? – она смотрела на него, съежившись от утренней прохлады, и неумело светила фонариком, слепя глаза. Сергей, скрежеща железками в предрассветной темноте, согнувшись, крепил прицеп к машине и ничего не отвечал.

Они жили вместе два месяца. Света, как могла, пыталась наладить его отношения с матерью, которые, он и сам не знал почему, все больше расстраивались. Последний раз встречались они на чей-то семейный день рождения, и он даже не помнил, когда звонил маме.

Пока выбирались к центру, улицы города наполнились гулом потока машин. На подъезде к громадному собору у реки попали в затор. Полосы из красных фар уходили вперед и скрывались за невидимым поворотом.

- Что это? – он показал на толпу. Толпа занимала всю площадь вокруг собора и широкой недвижимой очередью, будто впадающая в море река, скрывалась во дворах. В сумерках, казалось, глыба народа заполонила всю землю и весь воздух; стояла тихо, как стоят люди в ожидании главного, сливаясь с каменной площадью, домами, улицей, и представлялась чудовищной выставкой статуй в человеческий рост в музее, которым был город.

- Наверное, привезли что-то, - сказала Света.

- А.. слышал. То ли пояс какой-то, то ли гвоздь…

Они помолчали, наблюдая за людьми перед собором. Сергей передернул плечами:

- И чего хотят?

- Сил, может, - тихо, как для себя, произнесла Света.

На город упали лучи солнца, и на фоне серых в тени уходящей ночи зданий золотом разгорелись купола.

- Вон, даже темные, – лениво кивнул Сергей в сторону куполов. – Слоев, видно, много положили.

- А тебе-то что? – отвернувшись в сторону, не повышая голоса, чтобы не нарушить утреннее настроение, спросила Света.

- Да ничего, бог с ними, - посмотрел Сергей на нее, а затем снова на собор. – Пусть делают, что хотят. Только как-то не так все это. Купола в золоте, попы в золоте, иконы в золоте…

- Не нужно, - Света нахмурилась. – Хотят стоять – пусть стоят. Мы хотим ехать – вот и едем. И не очень-то едем. Уговорил же – какой-то дом, какая-то деревня… Дел полно, надо закупаться на неделю вперед.

- Ничего, мы же одним днем. Завтра по магазинам. А дом замечательный! И место хорошее. Вот к осени ремонт доделаем, пол переложим, фундамент укрепим и будем на выходные ездить, - Сергей чуть улыбнулся и трогательно, как научился совсем недавно, посмотрел на Свету. Она смущенно оглянулась. Мысль о жизни вместе еще не укрепилась в них, и оба боязливо заговаривали о замыслах их общей жизни.

Когда солнце набрало высоту, они вырвались из паутины уличных пробок и летящих потоков движения. На окраине, на оптовой базе десяток толком не говорящих по-русски грузчиков-азиатов накидали им полный прицеп мешков с цементом и сухими смесями для ремонта.

 

Полдень

 

Через три часа были на месте. С виду дряхлый, с прогнувшейся волнами крышей дом походил на все дома довоенной кладки вокруг. Дворы с почерневшими заборами вытянулись по реке, заросшей камышом и ивой, а огородами в длину грядок уходили в поле.

Обливаясь потом и стесывая чухой крошкой ладони, с полчаса он разгружал прицеп, волоком перетаскивал пыльные мешки в сарай. Света разбирала вещи и готовила легкий завтрак. Отдохнув, решили ехать на кладбище.

На крутом берегу посреди села стояла небольшая церковь. Позади, в тени густых крон перекрикивался вороньими голосам старый погост. Они прошли через арочные ворота темного векового кирпича, долго петляли среди покореженных оград, ржавых крестов и крошащихся от старости бетонных памятников с блеклыми фотографиями, пока не остановились у двух заросших могил.

- Прадед и прабабка, - он примеривался взглядом, что нужно сделать. – Сыновья все уже в городе лежат. Дом – от них остался. После Гражданской строили. Думали жизнь наладить. Потом – колхозы. Но живы остались. Детей, непонятно как, вырастили четверых. В войну уже, оба погибли.

Бурьян на могилах стоял по грудь, и Сергей долго и яростно рубил его наточенной лопатой. Света собирала траву, промывала надгробия и невысокую чугунную ограду. Дело было непривычно, но работалось просто.

- Года три здесь никто не появлялся, - выдохнул Сергей, как закончили.

- Надо следующим летом приехать, - выглядывая, что забыли сделать, откликнулась Света.

У входа в церковь было безлюдно, только священник с растерянным видом бродил в стороне. На строительных лесах колокольни хозяйничал ветер.

Внутри церкви, под притягивающими свежей побелкой взгляд сводами затаилась прохлада. У иконы Богородицы с младенцем, немного в стороне от остальных, горели три свечи.

- Ее взорвали в тридцать третьем, - проговорил Сергей гулким в пустом помещении голосом. – Вернее сказать, пытались. Два раза. А остов возьми и выдержи! Кладка на яичных желтках, стены метровой толщины! Так, исковерканную, и бросили. А колокольню взорвали уже в войну, свои же, при отступлении. Боялись, немцы пулемет наверху поставят, - Сергей медленно ходил по церкви, смотрел молодую роспись. Когда оглянулся, Света стояла перед Богородицей и смотрела на младенца.

На колокольне закончили основание и первый пролет. Священник в измазанной глиной рясе ходил вокруг, что-то бормотал себе под нос, глядел то на стройку, то на село внизу у реки. Ребят окинул суровым, но растерянным взглядом и торопливо, сбивая и путая слова, совсем не так, как по их представлению должны говорить священники, забормотал:

- Говорили ведь – намаешься с нашими, бери чукмеков. И ничего вроде, сначала, даже крестил двоих. А они – на те, получите…

- Случилось что

- Да как тут не случиться! Вон все валяются! Им же, нехристям, и повода не надо! Да и бог бы с ними, но цемент, цемент-то – на улице бросили! А ночью дождь! Неделя работы пропала! – срывался голосом священник. – Целая неделя! А погода какая стоит! Уйдет время, право слово, уйдет!

- Может, нового купить? – предложила Света.

- Договор у нас с поставщиком по конкурсу, будь он не ладен! Новую партию два дня только везти. Пока закажешь, пока оформишь… неделя! - он махнул рукой на стройку, изнутри которой на голоса вылезали мужики в мятых, грязных штанах и рубахах с заросшими и опухшими лицами.

- Работу ведь дуракам дал! – обернулся в их сторону священник. – Кому они тут кроме меня нужны!

Мужики уселись рядом на траву, дикими глазами озираясь вокруг, и виновато молчали.

- Выгоню, видит бог! Всех выгоню! – отчаянно захрипел священник. – Теперь пока новую бригаду соберешь, цемент завезешь. А там снова дожди зарядят! - он отошел в сторону, чтобы никто не видел его лица.

Мужики посуровели. Растерянность как рукой сняло. Они знали, что виноваты и пытались теперь ка бы что придумать.

- Господи, когда же это все закончится? – повернулась Света к Сергею, и он увидел, как в ее глазах набираются слезы.

- Ладно тебе, что ты! – он обнял ее за плечи и поцеловал в челку. – Подождите! – взволновано крикнул. – Мы только сегодня на стройку завезли прицеп цемента и смесей. Я тут дом налаживаю. На два-три дня вам хватит, а там докупите.

- Да нет, что вы, не надо, - отмахнулся священник.

- Нет, я правда. Это легко. Я на будущее привез, мне пока не надо. Мы сегодня уезжаем. Вам нужнее. И этих мы сейчас растрясем…

Мужикам уже нечего было говорить. Продрав глаза, они, как ни в чем небывало, подходили и обсуждали, как лучше сделать. Через полчаса у дома Сергея, прытко и размашисто, будто и не было свинцового похмелья, посмеиваясь над собой, мужики грузили мешки с цементом на телегу лесника, у кого еще осталась лошадь. Их будто колодезной водой окатили. Просто упомнить о вчерашней пьянке, о драке между двумя кумовьями теперь казалось лишним.

- Я все верну, все верну! Даже не думайте! Как приедете, сразу ко мне! – повторял и повторял священник, когда все привезли, и стройка загрохотала бетономешалкой, топорами и пилами.

Ребята со смехом отвечали смущенно, чтобы он не волновался, что они еще с процентами с него возьмут, и что мужики завтра снова напьются и испортят и этот цемент, пока священник не остановился и не засмеялся сам, а спохватившись, стал распоряжаться по работам.

 

День

 

После скорого и сытного обеда, вспоминая священника и мужиков, осмотрели дом. Сергей, меряя шагами маленькие уютные комнаты, рассказывал, как поменять систему отопления в избе, из какого дерева переложить полы; в сенях прочитал монолог, что нужно для устойчивости стен, с какой стороны хорошо бы расширить подвал и чем он хочет перекрыть крышу. В саду показал, где укрепит фундамент и просил Свету замерить рамы окон на заказ для мастерской. Света шла сзади с выражением участливого внимания и боясь прервать, кидала на него осторожный взгляд.

- Здесь посадим яблони, - показал Сергей на сад. - Старые уберем, - вдруг обернулся, крепко обнял и поцеловал ее. - Ты знай, без тебя всего этого бы не было. Мне одному ничего не нужно.

Собравшись и выехав обратно, остановились на опушке леса и устроили пикник. Сергей набрал сухих дров и развел костер. Света испекла сосиски, хлеб и нарезала овощей. Под высокой, как мачта, сосной, нашли высокий, в половину человеческого роста муравейник и долго считали насекомых. Искали в сплетении ветвей осины дятла, что оглашал глубину леса мерным постукиванием. Целовались на дне сумрачного оврага, по колено в старой кленовой листве. Сергей не мог понять свое состояние и что происходит; время замедлило свою равномерную поступь и с интересом наблюдало за ними.

Вышли в пшеничное поле, с почти созревшими, набравшими силу колосьями. Волна радости к жизни и к этому дню накрыла их.

- Я так давно хотел, чтобы мы вместе гуляли здесь! - кричал он ей сквозь порывы теплого ветра. Она, пытаясь обуздать растрепанные волосы,  смеялась в ответ, как казалось, не смеялась никогда, не в силах удержать внутри себя восторг от чувства воли и радости.

- Какое огромное небо! – он шел в поле, разведя руками. – Посмотри! Вот это купол! Вот это свобода!

Сомнение и нерешительность Светы в нем и в их судьбе, от чего туманился взгляд с тех пор, как решили жить вместе, растворились без осадка, и он увидел, как ее глаза засверкали чистотой.

В машине Света заснула. Спала долго, сладко, и даже городской шум, скоро сменивший подвывание ветра в поле, не разбудил ее.

Когда поднялись в квартиру, разобрали вещи и поставили на плиту чайник, он взял телефон:

- Мам? Привет! Ты как там? У нас все хорошо. Только из деревни вернулись. Давно не виделись… Хочешь, мы приедем и все тебе расскажем? 

 

ноябрь 2011. М.

 

 Илья Луданов

 

 

Конкурсная работа 2014 года

Участвуйте в конкурсе «Наследника»! Условия здесь

 

← Вернуться к списку

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Яндекс.Метрика

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru